Мой Охотник  - Елена Рейн

– Это и понятно после такой дозировки препаратов в течение долгого времени. Мы хотим поставить несколько систем, чтобы было не так больно, – вежливо продолжал врач, тут же обращаясь с просьбой: – Позволь тебе помочь?

Ирина ошалевшим взглядом посмотрела на всех, задержавшись на сыне, а потом заплакала, уткнувшись в подушку. Мальчик моментально оказался рядом с ней и обнял, отчего она спрятала лицо в его футболке.

– Ирина, давайте вы будете лежать с сыном, а мы поставим систему. Обещаю, будет лучше, – вновь попыталась убедить женщина.

Ирина не отвечала, просто лежала, а когда увидела, что задралось ее платье, панически потянулась за одеялом, чтобы закрыться. Выставив руку, повернулась к сыну. Он обнял ее, и они тихо лежали. Пока ставили систему, подключая, мальчик был напряжен. Когда все, кроме меня, ушли, он выдохнул и, сильнее обняв родную женщину, уставился в потолок.

Подошла и прошептала:

– Я тебе что-нибудь вкусное принесу, а ты отдыхай.

Он замер, и замечая в его глазах панику, успокоила:

– Не бойся, я быстро. А ты будь с мамой. Ты же смелый защитник, правда?

Он кивнул, а я еще немного задержалась, и вышла из палаты. В коридоре у диванчиков стоял Сергей. Как только оказалась в фойе, он тут же посмотрел на меня, прожигая взглядом, и побрел ко мне. Резко прижал к себе и выдохнул:

– Ты как?

– Я нормально. Мальчик позволил помочь маме и согласился поесть.

Он посмотрел на меня заботливым взглядом и поцеловал, так нежно, сладко, отчего почувствовала себя самой счастливой. Посмотрела на него и прошептала:

– Как ты?

– Нормально. Врач сказал, что жить буду, – с усмешкой проговорил он, а потом провел по щеке и признался: – Чуть с ума не сошел, когда ты исчезла.

– Я звонила, – прошептала в ответ.

Он обнял так сильно, горячо, нежно, а потом добавил:

– Рита, ты для меня все. Я не живу без тебя.

Любуясь им, решила, что прошлое не изменишь, нужно забыть и жить дальше. Я люблю его, а он меня, так зачем травить душу? Что было, то прошло, и смело могу сказать, что только с этим мужчиной буду счастлива и обрету свое женское счастье. Поднялась на цыпочках и поцеловала, нежно шепча:

– И я… люблю тебя

Мощные руки прижали к огромному телу, сжимая хрупкую талию. Мужчина не контролировал себя, давая понять, как ему важно слышать эти слова. Тяжело дышала, прикрывая глаза от счастья, наслаждаясь его запахом, силой и любовью. Нуждалась в нем. Только в нем.

Подняла лицо и встретилась с темно-синими глазами. Мужчина взял пальцами за подбородок, а потом поцеловал. Жадно, страстно, невыносимо. Как только оторвались, виновато посмотрела по сторонам, а Сергей усмехнулся.

– Мне нужно взять еду и пирог ребенку. Он ждет меня, – прошептала, зная, что Охотник меня поймет.

– Конечно, только ты береги себя, и на диване чистая одежда для тебя, – выдал он, проводя пальцами по щеке, а в следующую секунду уже стал серьезным: – Милая, мы со Штормом должны отъехать. Тут охрана. Мы скоро.

Испугалась, понимая, что они к Котловым, и хрипло выдала:

– Не нужно. А если…

– Родная, все будет хорошо. Это моя работа, и я должен, после всего, что они там сотворили. Не волнуйся, мы не одни.

– Ты обещаешь, что все будет хорошо?

– Да, обещаю. Не волнуйся, – заверил Сергей и обнял, тут же добавляя: – Береги себя, потом заберу тебя.

Волков пошел, а я крикнула:

– Сережа! – он остановился, и я подошла ближе, чтобы поделиться своими переживаниями: – Там Настенька волнуется… Она, наверное, думает, что мы…. что мы…

– Завтра съездим, а пока… я закажу им торт. Хорошо?

– Йогуртовый, – смущенно подсказала ему.

– Да, и самый большой, – согласился мужчина, тут же взяв трубку сотового телефона, отвечая на звонок. Я же пошла к ресепшену и попросила столик и два стульчика, чтобы с малышом играть, и если есть, то книжки. Вежливая медсестра сказала, что проблем не будет, насчет еды предупредила, что принесут через полчаса, а также пирог.

Довольная, направилась в дамскую комнату, не забыв пакет. Переодевшись и сполоснув лицо, пошла по коридору. Только собралась войти внутрь палаты, как услышала голос брата:

– Рита.

Повернулась и с улыбкой спросила:

– Привет, Андрей. Прости, что даже не подошла. Я с малышом…

Грызлов кивнул и предложил:

– Можно с тобой несколько секунд поговорить? Нужно.

Кивнула, но заглянула в палату. Увидев, что мама и мальчик спят, вернулась к Андрею и предложила:

– Да. Присядем?

Он покачал головой и показал рукой в сторону выхода на лестницу. Я согласилась, считая странным его пожелание, и пошла за ним.

– Как Лера и мои племянники? – спросила, как только за мной закрылась стеклянная дверь.

– Хорошо. Но не мне… Уже весь извелся вдали от них.

– Понимаю, – загадочно сказала, радуясь, что все хорошо.

– Ты, правда, хочешь удочерить девочку? – серьезно спросил Шторм

Резко изменилась в лице, считая, что он против, чего не желала слышать, поэтому сказала:

– Да! И мне все равно, кто что думает.

– Нет, я не лезу. Если хочешь, значит, малышка нуждается именно в такой маме, как ты, – категорично произнес Андрей, внимательно наблюдая за мной.

Улыбнулась и, обняв его, прошептала:

– Спасибо. Ты замечательный.

Ухмылка исчезла, и он проговорил:

– Думаю, скоро ты так не будешь думать…

– Ты о чем? – уточнила, пытаясь понять по серым глазам мужчины, в каком он состоянии. Но Шторм редко когда показывал эмоции, только когда зол.

– Ты вышла замуж…

– Да, за Сергея. Мы любим друг друга. И неважно, что раньше… мы расстались.

Мужчина смотрел внимательно на меня, а потом резко выдохнул:

– Это я виноват, в том, что вы расстались.

Непонимающе посмотрела на него, а потом пробубнила:

– Ты ошибаешься. Просто Сергей… он… он… предал меня, но я… простила, – выдала, чувствуя, как сердце сжалось от такого тяжелого признания.

– Он не предавал. Мы разговаривали, и я пригрозил ему, что убью, если он сам не уйдет.

– Не понимаю, о чем ты говоришь… Ведь он…

– О том, что проститутку эту… я к нему отправил и, естественно, у него ничего с ней не было. Достоверно знаю. Платил ей я. И охраннику дал четкие указания, и то, что Волков не приезжал, не мог тебе дозвониться – тоже моя работа. Но я хотел как лучше…